Луна нам теперь знакома неплохо появились новые карты

Heesung N.. Л. Лунный скульптор (книга 14)

Снова в голове прозвучала знакомая фраза, но теперь это был уже Через некоторое время появились какие-то демоны. Что ты сделал со всеми нами? По мере продвижения по деревне, она становилась мне все более знакома. . Яркая луна медленно возвышалась по небосклону. Неоткрытая планета Земля! Что же творится в глубинах нашей планеты. Неожиданно появилась небольшая деревня, у южной окраины которой . Американец показал нам маленькую карту побережья Греции. Мы сказали, что с удовольствием выполним его просьбу и что им неплохо бы встретиться и .. но теперь стали прибывать новые суда, и гавань Коломбо вновь открыли.

Черные кудри взметнулись вокруг головы и зашевелились, как живые. Уйди с глаз моих, пока я тебя не прибила, папочкино отродье! И мамочкино тоже, прям не знаю, кого. Учиться ты не поедешь. Никуда из этого дома ты не уедешь, и не мечтай.

Если дашь волю своей волчьей природе, могут пострадать люди. На переводах через Интернет много не заработаешь. Ты думаешь, я каждую копеечку откладываю из жадности? Думаешь, мне самой ничего не хочется, ни платья красивого, ни пирожного? Да мне просто жить подольше хочется. Лариса закончила свою тираду, и в большой, полупустой запущенной комнате повисла тишина. Только эхо теткиного пронзительного голоса нервно дрожало в углах. Вот тебе и. И тут увидела платье, которое Карина бросила на диван.

Откуда оно и свисало до пола. Лариса протянула руку и коснулась ткани: Такая и сейчас, наверное, ценится… Шей, черт с. А кстати, ты почему еще не в школе, а модами какими-то занимаешься? Карина бросилась в ванную. Отлично… не хватало только прийти в школу с опухшим красным лицом.

Надо хоть водой отмочить хорошенько. Кое-как умывшись, она решила пока убрать платье обратно в шкаф. Встряхнула свой будущий модный наряд. Из кармана что-то выпало. Тонкая мятая полоска бумаги. Наверное, лежала там, сколько платье не носили. То есть дольше, чем Карина живет в этом доме… Девочка развернула пожелтевший обрывок. Надо же, на французском! Карина вчиталась в обрывки предложений, набранные необычным красивым шрифтом, вроде готического: Строк должно было быть гораздо больше, просто не каждая из них занимала всю ширину страницы.

Поэтому Карине достались какие-то невразумительные куски. Она уже хотела сунуть обрывок в карман, где тот и лежал до сих пор, но тут зацепилась глазом за одну из последних строк: Увы, там было негусто: Хотя, что толку в переводе, если в руках у нее жалкий обрывок, где словно невзначай упоминается оборотень?

Может, это вообще из мистического романа-фэнтези страница была? Размышляя таким образом, Карина уже знала, куда пойдет после занятий впервые за пять лет тренировок прогуляв секцию легкой атлетики. Ни в школьной библиотеке, ни в городской ничего похожего не нашлось.

Заведующая секцией редких и старинных книг Ирина Викторовна, седая и строгая дама с жемчужной брошью на воротнике, не пустила ее в хранилище. Зато она внимательно всмотрелась в обрывок, потом в лицо Карины. Мы с тобой однажды встречались, давно, правда. Ты ведь покойной Александре Кормильцевой внучкой приходишься? Ирина Викторовна кивнула в ответ. Но я ее очень уважала.

Твоя бабушка как-то интересовалась подобной вещью. Шрифт абсолютно индивидуальный, авторский, как сейчас говорят. Для тех времен это нетипично, тогда у типографов появились более или менее стандартные наборы. Но у тебя есть своя причина интересоваться ею, не так ли? Карина снова кивнула, не зная, что сказать. Про варвара, который за порчу книги должен гореть в аду, прозвучало знакомо. Но где она слышала подобное, с ходу не вспоминалось. Общение с малознакомыми людьми давалось ей с огромным трудом.

Она то отмалчивалась-заикалась, то срывалась на грубости. И все от стеснения. А ты расследование ведешь, что ли? Ладно, притворюсь, что поверила. И не слишком старинных. Официально твоя бабушка действительно считается погибшей при взрыве в научно-исследовательской лаборатории в предгорьях. Но она же фольклористом была, что ей там среди пробирок делать?

С другой стороны, про эту лабораторию говорили, что там специально выводят волков-оборотней, эксперименты ставят. Ты в дым без огня веришь? Вот и Александра не верила. Поэтому иди-ка ты, барышня, в читальный зал, только не художественной литературы, а периодики. И бери подшивки городских и областных газет за две тысячи шестой год. И она пошла, оглушенная. В июле года мама привезла пятилетнюю дочку в бабушкин дом, в город, где Карина родилась.

Неужели и ее вывели в той самой лаборатории, которой к их возвращению уже не было? Газеты подтвердили рассказ Ирины Викторовны, но там не было ни слова об оборотнях, старых книгах и прочем. Зато недвусмысленно сообщали о запретной зоне вокруг места взрыва. Наверняка архив городского форума сохранился. А такая тема, как взрыв поблизости, уж точно обсуждалась любителями поболтать онлайн.

Заплатила за час Интернета в мультимедийном зале и зашла на городской форум. Кстати, действительно, баек об оборотнях по Сети ходит немало. Просто она как-то раньше не задумывалась, обсуждают ли волков в их городе больше, чем в других местах. Карина уже собралась плюнуть на этот виртуальный детский сад, как вдруг раздалась трель звукового сигнала и замигал значок личного сообщения.

Письмо было от старого, хоть и не очень близкого интернет-знакомца, DeepShadow, большого любителя историй об оборотнях. DeepShadow to MoonlightGirl Привет, что забыла в этом паноптикуме? Привет, а тебе что за интерес? Ответ пришел тут же: Я давно ждал, когда ты… до вопросов дорастешь. MoonlightGirl to DeepShadow До каких вопросов? Не глупостей этих, а настоящих. Тебе до ответов добраться проще.

Алла Вологжанина, На тропе Луны – читать онлайн полностью – ЛитРес, страница 2

MoonlightGirl to DeepShadow Интересное кино. До каких это ответов? DeepShadow to MoonlightGirl Ну ты и партизанка. Александра Кормильцева работала в городском архиве, в отделе фольклора. При ней бумажные карточки перенесли в комп. Она, и только ОНА полностью контролировала процесс, решала, что оцифровать, а что на бумажках оставить.

Будь добренькой, если найдешь в архиве чего полезного, не пожадничай, поделись. Мне туда в жизни не попасть. Глава 2 В архиве Митька потоптался на краю крыши, прямо над открытым окном, что-то прикинул.

И наушники сними, чтобы на пение не отвлекаться. Или вовсе осесть карточным домиком в собственный подвал? Так сказать, держалась на внутренних противоречиях.

Окна в ней были громадные, и никто не потрудился заменить их на современные стеклопакеты выше третьего этажа. Тебе роста не хватит. Молекулы водорода и углерода — вот что выбросил. Значит, в лунных недрах происходят какие-то реакции. А чтобы образовался молекулярный водород, нужна высокая температура. Вот еще одно доказательство, что под холодной коркой — горячая Луна. Значит, есть в лунных недрах радиоактивные элементы?

Может быть, они образовались из одного протооблака и спутник наш был когда-то маленькой планетой мы говорили об этом, когда задумывались о судьбе Атлантиды? А может быть, все было иначе? Вот еще одна из гипотез о рождении Луны, объясняющая, как из-за этого возникли материки и океаны, как разделились суша и вода.

В молодой тогда Земле бушевали мощные твердые приливы. Эти волны, будоражившие планету, вызывало Солнце, и они обегали земной шар. Постепенно тормозилось вращение Земли, сказывалось трение. В конце концов наступил резонанс — периоды колебаний вязкого подкорового вещества и самой приливной волны совпали. Приливной вал, как бы в такт раскачавшись, был с силой вышвырнут в пространство. Это и оказалось заготовкой для будущей Луны. А на земном шаре образовалось углубление — ложе будущего Тихого океана.

Возможно, два миллиарда лет. Только полмиллиона лет затрачено было на раскачку приливной волны, прежде чем она смогла преодолеть земное притяжение. Доказать такое предположение пока невозможно. Только одно доказательство, и то косвенное, дали космические ракеты. Лунного магнитного поля не существует. Значит, нет в лунных недрах металлов, негде появиться блуждающим токам, как в ядре и мантии Земли. Выходит, лунное вещество образовалось не из глубинных, а из поверхностных слоев. Так и должно было случиться, если оторвался гребень приливной волны.

Ложе Тихого океана базальтовое, гранитного слоя на нем. Не из этого ли гранитного наслоения и получилась Луна? Гранит, только пористый, оказался как раз тем материалом, который лучше всего согласуется с истинным температурным режимом поверхности Луны. Что же стало с Землей? Потрясение, связанное с рождением спутника, не прошло для нее бесследно. Всюду на ней произошли перемены. Ее разъединившиеся части поплыли в магме. Образовались разрывы, и так возникли чаши остальных океанов.

Земной шар приготовился к тому, чтобы приобрести уже более или менее знакомые формы океанов и материков.

Дело оставалось за немногим — за водой. Но постепенно стала освобождаться связанная влага: Когда газовое одеяние Земли пересытилось парами, оно стало возвращать влагу, но уже в виде воды. Никто не знает, сколько продолжался этот период дождей — сотни, а может быть, и тысячи лет. Чаши океанов наполнились водой, прогнулись под ее тяжестью, а материки поднялись. Атмосфера и магнитное поле защищают Землю от вторжения заряженных частиц.

Там, где нет ни того, ни другого, космическим снарядам удается разгуляться вовсю. Обладая огромной энергией, они крушат ядра агомов, встреченных по пути. Но разрушенное ядро — это уже другой элемент либо его изотоп. Даже в земной атмосфере космические лучи непрерывно производят различные превращения. На больших высотах в самых верхних ее слоях возникают потому разновидности углерода, водорода, бериллия, появляется гелий.

Метеориты и Луна ничем не защищены. Пока они странствуют в космосе, излучения могут переделать их поверхность. Вместо одних элементов родятся тогда. Самая наружная корочка Луны толщиной в несколько метров служит своего рода лабораторией ядерных превращений.

В ней без всяких синхрофазотронов сами собой образуются и тритий — тяжелый водород, и гелий, и неон, и аргон, и изотопы кое-каких металлов. Неизвестно, конечно, сколько их там, принесут ли они какую-нибудь пользу, одно только известно уже.

Атомные часы позволили определить возраст Земли. Космические часы позволяют узнать, сколько лет метеоритам: Веществу метеоритов столько же лет, сколько Земле и всем остальным спутникам Солнца, — показали атомные геологические часы. Но не надо спешить с выводами. Слой ядерных превращений, обожженная космосом оболочка тонка, и на Луне не превышает двух-трех метров.

Что такое два-три метра для лунного шара? Не прожигают излучения и крупных метеоритных осколков. Мелкий кусочек был бы отмечен печатью радиоактивных превращений с первого дня рождения — весь, целиком. Изобилие изотопов покажет, что мы столкнулись с камешком, видимо внезапно появившимся в момент, определенный по атомным часам.

Не четыре с половиной! Сами метеориты, сами осколки, родились после протопланет. Их родина — взрослая планета, которая была когда-то соседкой Юпитера и Марса. Они дробились, сталкиваясь между. Миллионы и миллионы тонн обломков устремлялись из пояса астероидов к Земле.

Теперь снова о Луне. Если космонавты найдут где-нибудь в расселинах выходы необлученных пород, они сумеют оценить, сколько же накопилось в верхних, обстрелянных частицами слоях новорожденных элементов, сколько на это понадобилось времени.

Они смогут тогда сказать, какие из лунных гор моложе, какие старше и как складывался современный рельеф на протяжении миллионолетий.

Луна — своеобразный музей, запечатлевший ее историю с самых древних времен. Так же, как и на Земле, образованием рельефа здесь руководили внутренние силы. Лунная кора поднималась или опускалась. Но не было выветривания, не было размыва. Только резкая смена температуры, только метеориты и космическая пыль нарушали покой. И следы того, что происходило когда-то очень давно, сохранились на лике Луны до сих пор. Загадкой остаются пока что белые лучи. Может быть, они еще более пористы и потому иначе отражают солнечные лучи?

А может быть, это какое-то светлое вещество? Не светится ли оно под действием заряженных частиц, которые в изобилии посылает Солнце?

Белые лучи могли быть у всех кратеров. У наиболее древних они исчезли под обломками пород и космической пылью. Сравнивая горы, где есть лучи, с горами, где их нет, можно судить о возрасте лунных кратеров, о смене более бурных периодов ее жизни и спокойных, как то было и на Земле.

Из далекого прошлого перенесемся опять в наши дни. Настоящее принесет разгадку тайн прошлого Луны. Недалеко время, когда прилунится первый корабль — уже не автомат, а с человеком на борту. Разумеется, перед этим посадку совершат автоматические станции. Они тоже смогут многое рассказать о том, каков наш спутник. Инженеры думают над тем, чтобы послать автоматы, которые благополучно доставят приборы на лунную поверхность.

В том числе — и те, какие послужат геологам, пока еще остающимся на Земле и ведущим разведку на небе. Они позволят вблизи увидеть, как устроена снаружи Луна. Это — своеобразные снаряды, они врежутся в породы, и по их скорости можно будет судить, что же именно встречается им на пути.

Это автоматические буры, добывающие пробы пород, автоматические лаборатории, тут же исследующие образцы. Впрочем, со временем кусочки Луны также автоматически сумеют переправлять на Землю.

Наконец, пошлют и сейсмографы. Они станут отмечать колебания и от лунотрясений, и от искусственно устроенных взрывов. Но, конечно, новая глава в истории изучения Луны начнется, когда откроется люк ракеты, опустится лесенка и космонавт ступит на лунную поверхность.

Мы же сейчас — геологи. Посмотрим и на Луну с геологической точки зрения. Что на ней можно найти, где и как искать? Не будем пока что забираться глубоко в лунные недра, поищем полезное где-нибудь поближе — в глубоких пещерах и впадинах, например.

Есть среди них и такие, куда, вероятно, никогда не заглядывают солнечные лучи. А ведь если Луна развивалась так же, как и Земля Значит, она могла и остаться — не вся, конечно: Но где-нибудь в подлунье, в пещерах или расщелинах, где царит вечный холод да и воздуха нет, вода могла задержаться и обратилась в лед.

Как и на Земле, водяной пар просачивался наружу из лунных недр. На холоде он быстро превращался в воду и замерзал. Так и могли появиться там залежи льда. Даже если бы часть воды и испарилась на Солнце, то все равно изрядная толика могла, вероятно, уцелеть. А это очень важно. Вода, водород и кислород — топливо для ракеты, вода и кислород необходимы людям.

Ведь они собираются не только посетить Луну, но и прочно на ней обосноваться! На лунную станцию не пришлось бы тогда возить с Земли ни кислород, ни воду. У космонавтов и колонистов, обживающих спутник Земли, найдется и другой выход. Вода, возможно, находится в горных породах. Нужно будет только суметь ее оттуда извлечь. Нельзя, конечно, думать, будто все, чем богата Земля, найдется и на Луне.

  • Неоткрытая планета
  • На тропе Луны

Но Земля и Луна рождены из одного исходного материала. Так почему бы не предположить, что на ней, например, нет нефти? Если происхождение ее минеральное, если она живет и из недр выделяются и углерод и водород, то должны быть там нефтеносные залежи.

Горячие лунные недра обещают нам и находку радиоактивных гнезд. Впрочем, и урановые рудники, и нефтяные скважины, и металло-химические комбинаты в подлунье — дело будущего, будущего весьма далекого. Во всяком случае, это век двадцать первый, когда вовсю развернется освоение солнечной системы, когда космические рейсы станут столь же обычными, как сейчас перелеты с одного континента на. Тогда ракеты доставят все необходимое для стройки на Луне. Там, под толщей пород, не страшны ни холод длинной лунной ночи, ни жара столь же длинного лунного дня, ни излучения, ни метеоритная бомбардировка.

Установки искусственного климата будут поддерживать в подлунном поселке любую нужную температуру, давление, влажность. Лунные жители получат атмосферу по заказу Растения должны очищать воздух, поглощать выделения, а взамен давать овощи и плоды.

Поэтому на солнечной стороне оборудуют застекленную оранжерею. Когда же Солнце зайдет, ему на смену придут лампы дневного света, установленные и во всех помещениях станции на Луне. Полупроводниковые батареи станут ловить солнечные лучи, аккумуляторы — запасать ток, чтобы снабжать им хозяйство станции ночью. А оно большое и сложное, это хозяйство. Он нужен приборам на обсерватории, которая размещена под прозрачным бронированным куполом, лабораториям, которые разместились в помещениях городка, радиостанции, чья антенна высится неподалеку.

Электричеством освещается и обогревается весь лунный поселок. И электричество помогает готовить пищу на кухне, так же как помогает оно поддерживать ровный, мягкий климат на планете, где ни воздуха, ни климата нет. Быть может, со временем своя промышленность возникнет в подобном поселке. Химики научатся добывать воду и воздух из лунных пород.

Уже сейчас, до лунных перелетов, инженеры ведут опыты по переработке горных пород. Они нагревают их в солнечной печи, и притом в пустоте — точь-в-точь как будет на Луне. Из породы выделяются вода и кислород. Такую установку соорудить на лунной станции даже легче, чем на Земле.

Яркие лучи Солнца и безвоздушное пространство вокруг — остается только смонтировать зеркало да саму печь. Если найдут руду либо металлы, если найдут уран — построят атомную электростанцию и металлургический комбинат.

А может быть, обнаружат и подлунные нефтяные озера. Тогда химические фабрики появятся на заселенном спутнике нашей планеты. Прямо на месте будут вырабатывать топливо для космических кораблей, всевозможные продукты, в каких нуждаются внеземные поселки, и — кто знает? Но, предположим, на Земле возникнет нужда в дарах Луны.

Тогда караваны ракет переправят добытое лунными колонистами через межпланетные бездны Раньше всего проведут предварительную разведку и поверхности и недр второй части нашей двойной планеты. Конечно, соберут образцы пород, установят, каковы они на самом деле, проверят, в чем были мы правы, когда подбирали нечто похожее на Земле, и в чем ошибались. Решится вопрос и о следах атмосферы думают, что они существуют все-таки там и о жизни не исключена и такая возможность!

Жизнь — надо понимать — примитивная, не идущая ни в какое сравнение с земной, но Кто может жить в почти полной пустоте, переносить чудовищную жару и чудовищный холод, потоки сверхэнергичных солнечных и космических лучей? Микробы, обитающие, например, на дне океана — самые выносливые живые существа. Недаром пришлось контейнер советской ракеты, прежде чем отправить его на Луну, стерилизовать — иначе попали бы туда земные микробы, вмешались бы в чужую жизнь небесного соседа.

Да и некоторые наши растения, оказывается, способны выдержать такие температуры, которые и лунным под стать. Тут надо было бы поставить строчку многоточий: Да и говорим мы о работе селенологов, исследующих рельеф и недра серебряного шара. Но жизнь на нем нас, естественно, интересует, потому и зашел о ней разговор. А теперь вернемся к кратерам и хребтам, трещинам и равнинам. Произведут топографическую съемку всей Луны, составят подробные и точные карты.

Составлять эти карты, вероятно, начнут еще раньше. Спутники Земли занимаются фотосъемкой земного шара, лунный спутник заснимет Луну.

И эти снимки, уже с близких расстояний, помогут составить, возможно, даже до посадки первых кораблей подробные карты всей поверхности неведомого мира. Оба лунных полушария нужно будет посетить селенологам.

Но пешком их не обойдешь — и сложно и долго! Инженеры предоставят новую технику в распоряжение космонавтов. Его поведет автоштурман, которому перед отправлением в путь зададут нужный курс. Электродвигатели машины станут питаться током от солнечных батарей.

Механические руки соберут пробы пород, автоматическая буровая установка добудет образчики из глубин. Тотчас приборы произведут анализ, скажут, какие породы в том или ином месте Луны.

А в каком — зависит от оператора, который все видит на телеэкране так, будто сам едет на лунном танке. Оператор же сможет находиться Но все же отправить одну лишь машину и предоставить ее самой себе — большой риск. Если она застрянет в расселине, если случится авария, космический рейс самоходки не даст. Зато космонавтам, обживающим наш естественный спутник, пригодится вездеход.

Они пошлют его по равнинам, по возвышениям белых лучей, внутрь огромных площадок, ограниченных кратерным кольцом. Они выручат его из беды, когда застрянут в неровностях гусеницы, отремонтируют, когда откажет какой-нибудь механизм. Наконец, возможен и пассажирский вариант такой машины с экипажем, чтобы облегчить путешествия по тем местам, где сможет пройти вездеход.

Луна еще не достигнута, а проекты лунного транспорта разрабатываются уже. Предложен, например, интересный проект вездехода, в котором люди стали бы совершать длительные вылазки по лунному бездорожью. Этот вездеход — огромный шар из прочной двухслойной ткани с теплоизоляцией внутри. Ракета доставит его в сложенном виде с Земли. Снаружи на него одет обод — надувная шина. Она столь широка, что легко преодолеет препятствия на пути — трещину, лунку, порог. Электромоторы заставят катиться, гигантское колесо, увенчанное сверху большим экраном полупроводниковой солнечной батареи.

Шар — своего рода лунная станция, только подвижная. В ней есть все, вплоть до собственной оранжереи-аквариума, где растут питательные водоросли, кстати очищающие воздух, и телевизора И еще несколько вариантов транспорта для Луны было разработано в последние годы. Ведь и бездорожье бывает разным! Вездеходу могут встретиться не только равнины. Наоборот, чаще всего ему придется взбираться по горным кручам, пробираться через хаотические нагромождения камней, через гряды холмов и расселины.

Гусеничная же машина — не универсал. Вот почему появилась идея вездехода шагающего, который пройдет там, где наверняка застрянут гусеницы. Вот почему придумывают вездеходы колесные, которые на огромных шаровых колесах преодолеют препятствия на своем пути.

Кроме того, не забывают и про гусеницы, только пристраивают их к ногам, чтобы можно было перешагивать препятствия, непреодолимые для гусеничных машин. Изобретательской фантазии открывается полный простор. Пока не проложат на Луне ровные дороги, надо создавать такую транспортную технику, которая поможет изучить и освоить все закоулки горной лунной страны. Если сумеют добыть горючее, применят и ракетный кораблик, способный летать в пустоте.

Пилот сможет заставить неподвижно повиснуть машину, чтобы рассмотреть и сфотографировать местность внизу. А может быть, построят и комбинированную машину — ракету-вездеход.

Она станет перепрыгивать даже через горы, добираться до самых отдаленных уголков; гусеницы-ноги, либо то и другое вместе, или колеса позволят ездить — когда это возможно — по Луне. И чудо-машина с космонавтами поползет, покатится, пустится вприпрыжку среди лунных камней, полетит над ущельями и горами. Космонавты-селенологи начнут разведывать неведомый мир. Их коллегам приходилось с геологическим молотком в руках бродить в глубоководных скафандрах по дну океанов, под километровыми толщами воды.

А здесь они, тоже в скафандрах, но защищающих от пустоты, космического холода, метеоритов и излучений, будут взбираться на горы, опускаться в ущелья, тревожить извечный покой скал Маленькие походные буровые установки добудут образцы из-под самой верхней корочки Луны. Может быть, со временем и более мощные скважины пронижут всю лунную кору. Может быть, чтобы прощупать сейсмическими волнами внутренность лунного шара, устроят искусственный взрыв, как это делают геологи и на Земле.

Будут, в конце концов, расставлены условные значки на картах; то, что скрывают там недра, откроется покорителям Луны. Тогда-то и развернется наступление на глубины этого небесного мира Как ни поразительно зрелище Земли на лунном небе, но перед ним померкнет другая картина — другого мира. Тот же черный-пречерный фон с россыпью звезд.

То же пылающее косматое Солнце. То же хаотическое нагромождение скал. Но чуть ли не полнеба занимает исполинский диск планеты, которая кажется совсем.

Лунная мегапостановка

Он не прикрыт грядами облаков, на нем не увидишь ни резко очерченных материков, ни серо-стальной глади океанов, ни голубых пятен озер, ни ленточек рек. Нет даже гор, поднявшихся и на шаре земном, и на шаре лунном. Перед нами — ровная песчаная пустыня. Правда, ее красноватый цвет близ полюсов переходит в белый — это, видимо, полярные шапки из снега или льда.

Вглядевшись пристальнее, можно, впрочем, заметить, что она неодинакова всюду. Местами ее прорезают темные линии, сетка которых исчертила весь планетный диск. Линии пересекаются, сходятся, снова идут каждая по своему пути. Внезапно какие-то желтые тучи вздымаются над обширной равниной. Да такая, какую никогда не удается наблюдать на Земле: Не сразу, постепенно перестает бушевать стихия. И снова застывают неподвижно гряды песков, подступившие к границам белых шапок у полюсов.

А очутившись на самой планете, мы тоже удивились бы необычным картинам. Нас поразило бы не только зрелище бесконечной пустыни — вообще говоря, пустынь достаточно и на Земле.

Мы любовались бы голубой — не зеленой а может быть, черной — и такая выдвигалась мысль растительностью, отдаленно напоминающей фауну наших высоких гор. Странным показалось бы нам небо. Очень темное, оно подернуто какой-то фиолетовой дымкой. На нем движутся луны — их две, и одна обгоняет другую, бежит столь быстро, что заходит на востоке, а восходит на западе!

И, конечно, нам показался бы суровым климат этой планеты, где холодно, как в земной стратосфере; где очень мало воды; где воздух так разрежен, что им невозможно дышать; где единственные жители — растения вроде наших кустарников, лишайников или мха.

Нет, пожалуй, ни одной другой планеты, которая вызывала бы столь горячие споры, вселяла столько надежд в поисках жизни во Вселенной. Повод дали ее атмосфера, в которой есть кислород, ее полярные шапки, которые содержат все-таки влагу, ее климат, хотя и холодный, но все же такой, в котором кто-то мог бы жить.

Кто же, кроме растений и, быть может, простейших животных? Слишком разрежена атмосфера Марса, слишком холодно и неуютно на нем, слишком велика опасность от метеоритов и излучений. Не спрятались ли они в глубине планеты? Там, под поверхностью, возникли их города.

Давно произошло переселение, и потомки когда-то живших марсиан уже никогда не видят фиолетового неба и марсианских лун. А не искусственные ли это сооружения, не подпочвенные, а небесные города переселившихся именно туда обитателей планеты, уже непригодной дли жизни?

Фобос и Деймос — памятники погибшей культуры марсиан. Возможно, мы найдем там и разгадку таинственной Атлантиды. Атланты спаслись от страшной катастрофы, улетев в космических кораблях на Марс. Жиров, выступавший уже у нас по поводу Атлантиды. Тогда взрыв там будет очень ярким. Но вторжение ли метеоритов вызывало подобные загадочные вспышки? Их видели не. Да и кое-какие другие особенности этой планеты — свойства полярных шапок, таинственный фиолетовый слой, — быть может, необычная атмосфера тому причиной?

И Жиров идет. Близок к Марсу астероидный пояс, велика метеорная опасность. Не создали ли сами марсиане такую защиту и от метеоритов, и от леденящего холода космоса? Кислорода им, живущим в иных условиях, чем на Земле, требуется значительно меньше. Растения, хотя бы специально выведенные, смогли бы его давать, и он, вероятно, скопился у самой поверхности, где и живут марсиане — необычайные, с земной точки зрения, существа.

Мы дали что-то слишком много воли фантазии. Конечно, нам бы очень хотелось встретить в соседнем мире не только растения и, быть может, примитивных животных. Все же, как ни заманчива мысль о марсианах, живших когда-то либо живущих теперь, придется от нее отказаться. Посмотрим на эту соседнюю планету взглядом не фантаста, а ученого, вернее, ученых, потому что есть разные точки зрения, разные гипотезы о природе марсианского мира.

Внутри нее нет столь высоких давлений, как в земных недрах. Вещество там не приобрело тех электрических свойств, какими обладает плазма Земли. Но либо она, либо металлическое ядро только и могут создать магнитное поле — если, конечно, верна гипотеза о том, что магнитное поле возникло благодаря токам в ядре.

Вот почему так интересно и важно узнать, есть ли магнитное поле у Марса. Они очень похожи, эти два соседа — Земля и Марс. Только марсианский шар вдвое меньше, а тяжесть на нем меньше почти втрое. Давления и там не хватит, чтобы образовалось плазменное ядро. Если автоматические станции обнаружат магнитное поле, то ядро Марса, вероятно, металлическое. Но тогда металлическим должно быть и ядро Земли.

Обе планеты возникли из одного материала, они ближайшие родственники, их внутреннее устройство не может резко различаться. Если поля нет, то не металл, а камень, превращенный давлением в металлоподобное вещество, в плазму, начиняет Землю.

На маленьком Марсе при небольшом давлении в недрах — по сравнению с Землей — все вещество успело переплавиться, и планета расслоилась. Образовалась толстая легкая кора и небольшое металлическое ядро.

Это случилось, видимо, два-три миллиарда лет. Планета потом успела успокоиться. На ней не происходило таких бурных переворотов, как на Земле. Потому-то, может быть, и не наблюдали до сих пор на Марсе ни землетрясений, ни извержений. В этом Марс похож на Землю: Быть может, Марс по каким-то причинам развивался быстрее Земли. На Земле еще продолжают рождаться горы, Марс уже истратил энергию своих недр, и там не возникает больше гор.

А те, что возникли, уже разрушились, рельеф сгладился. Потому и нет на нем гигантов, подобных земным Гималаям, и глубоких впадин, подобных земному Великому разлому. Задал Марс загадку ученым! Каких только гипотез не предлагали, чтобы ответить на вопрос: Вот одна из новейших.

Журнальный зал

Нелепо было бы думать, что на Марсе нет и не было никогда воды. Водород ведь имелся еще в протооблаке, водород есть вообще везде во Вселенной.

И, кстати, чем дальше от Солнца, тем на планетах находят больше водородных соединений. Несомненно, они были и на Марсе. Среди них — вода. Из недр сравнительно маленького Марса, где давление невелико, ей легко было выбраться наверх.

Но там холодно даже на экваторе, так холодно, что вся водная оболочка планеты замерзла. Местами горы поднимаются над льдами.

Разрушаясь, они-то и усыпали поверхность планеты мельчайшими обломками, пылью, песком. Марс превратился в песчаную, кое-где холмистую пустыню. Однако океаны не промерзли до самого дна.

Их разогревало идущее снизу тепло. Они оказались вместе с подводными горами, прикрытыми сплошной ледяной корой — более толстой у полюсов и более тонкой у экватора. Впрочем, везде она была не меньше, чем в полкилометра толщиной. Как и на всякой другой планете, внутренние силы на Марсе не дремали.

Разведопрос: Клим Жуков про Ледовое побоище

Тогда лед раскалывался, сквозь полыньи проступала вода. Теплая вода испарялась, и в разреженной марсианской атмосфере возникали длинные полосы туманов.

Вдоль трещин мороз смягчался. Тут-то и могла появиться растительность, а с нею, быть может, даже и какой-то животный мир. Жизнь, возможно, есть и в теплом океане, защищенном ледяным покровом от суровых холодов. На поверхности же, вдоль трещин, протянулись свои линии жизни, прямые, как каналы, потому что трещины во льду бывают правильной формы.

С Земли видны, конечно, не сами трещины, а полосы растительности по их краям. Ведь в телескоп можно увидеть только полосу шириной не меньше чем в десятки километров! Ледяной покров могли разрушить местами и метеориты, которых за миллионы лет падало немало. Поблизости от Марса пояс астероидов — об этом не надо забывать. Такую картину рисуют профессор А. Лебединский и астроном В. Представьте-ка себе Землю, говорит Давыдов, на марсианской орбите Удалившись от Солнца, она стала точь-в-точь такой же, как Марс, оледеневшей планетой.

Давыдов приводит и еще любопытный факт, говорящий в пользу марсианских подледных океанов. Что будет, если вскроются трещины ледяного покрова? Оттуда должен вырваться водяной пар, который вскоре рассеется и исчезнет. Астрономы же на Земле заметят тогда ненадолго появившуюся белую полоску.

Видели ли ее на самом деле? Впрочем, с окончательными выводами пока подождем. Сколь верна гипотеза, покажет будущее. Первоначальная, еще не расширившаяся Земля, Земля без морей и океанов — одна лишь суша, да ледяные шапки у полюсов. Длинные, растянутые по обоим полушариям, они, по мнению сторонников расширения нашей планеты, очень похожи на стыки земных материков, те трещины, где зарождались океаны.

Так не зачатки ли это будущих марсианских океанов? Не предстоит ли Марсу пройти тот же путь, что прошла и Земля, — расшириться, стать большой планетой? Моря там станут действительно морями.

Из недр выйдет плененная влага, климат потеплеет, изменится атмосфера, появится богатая растительная жизнь. В солнечной системе появится еще одна вполне пригодная для жизни планета. Вот какие заключения о Марсе можно сделать, исходя из гипотезы о расширяющейся Земле. Кстати, одного из ее авторов, И. Кириллова, на самую идею и натолкнуло сравнение двух соседних планет. Но ясности полной и окончательной еще. Это интересно, тем более необходима проверка. Спор о каналах длится уже более ста лет.

И, прежде всего, возникла смелая мысль, увлекшая многих. Каналы, созданные разумными существами, беспримерные гидротехнические сооружения, орошающие бедную водой планету, — вот гипотеза, у которой оказались горячие сторонники и не менее горячие противники.

Но то, что мы видим, — не сами каналы; слишком они узки, чтобы увидеть их даже в самый сильный телескоп. Вода уголяет жажду почвы, и по берегам каналов, вслед за водой, идут от полюса к экватору растения. Они ползут весной от полярных шапок к экватору, на сотни и тысячи километров, опоясывая всю планету, словно сетью сосудов.

Ее-то, широкую полосу воспрянувшей к жизни мертвой пустыни, мы и видим. За этим победным шествием влаги скрыта разумная воля жителей древней планеты. Пятна на пересечении каналов, узлы водоносной системы, — наверное, марсианские города. Так рассуждали одни астрономы. Если хорошенько вглядеться, никаких каналов не увидишь: О марсианах, об искусственном орошении не может быть и речи.

Какими же должны, кстати, быть насосы, чтобы по равнинной поверхности Марса гнать через всю планету огромные массы воды! Но уж, во всяком случае, марсиане здесь ни при. Так говорили противники каналов. Но почему влага потекла бы от полюсов к экватору обязательно по прямым?

Почему не блеснет никогда зеркало воды? Ведь каналы эти шириной в десятки километров! Но полярные шапки на самом деле могут быть много толще. Это тот же лед, перемешанный с обломками породы, покрывающий основную ледяную кору. С Земли же мы видим лишь кристаллики льда, оседающие из атмосферы зимой. Весной и летом тает тонкий верхний покров, но и этого достаточно, чтобы появилось много влаги. Ее хватает на всю планету. А может быть, каналы — это трещины в гранитной коре Марса, такой же расширяющейся планете, как и наша Земля?

Песок образовался при разрушении и выветривании гранитных пород. Страсти, бушующие вокруг Марса, утихнут, когда автоматические межпланетные станции проведут разведку этой загадочной планеты. Появится первый ее фотопортрет, ее атмосфера, каналы, климат, многое другое, что интересует ученых, перестанут быть областью предположений и догадок. Дальше, возможно, на поверхность планеты забросят лабораторию, тоже автомат. Возможно, ставший спутником корабль, вначале без людей, облетит красноватый шар.

Но наступит время — и вслед за автоматами по разведанной трассе к Марсу устремятся с людьми корабли. Еще одной загадкой станет меньше; прежде всего выяснится, каковы же его спутники — создание марсиан не стоит все же категорически заранее их отвергать!

И вот, наконец, космонавты увидят наяву долгожданную картину, уже нарисованную мысленно нами. Уходящие до самого горизонта гряды невысоких песчаных холмов Голубоватые кустарники, заросли по краям длинных трещин Фиолетовое небо над головой. Впрочем, и здесь присутствует доля фантазии. Им предстоит обследовать всю планету.

Здесь понадобится иная техника, чем на Луне,— Марс куда более ровный, да и есть на нем атмосфера. Без кислородной маски и скафандра, без защиты от холода, правда, не обойтись. Но вездеход позволит путешествовать по марсианским равнинам.

А в воздухе скажем поземному смогут летать над марсианской поверхностью самолеты: Возникнут первые марсианские поселки. Наверное, людям, покоряющим Марс, не придется зарываться в глубины, как это должны делать покорители Луны. Атмосферная броня там существует, метеорная опасность не столь уже велика. Поэтому дом можно построить и наверху, под открытым небом. Вот один из проектов. Купол из прочной пластмассовой пленки, края которого немного углубляются в марсианскую почву.

Под куполом, словно в воздушном пузырьке, — дом, обычный земного типа дом из металла и пластмасс. Там же — мастерские, различные вспомогательные сооружения и даже Можно понять автора проекта: Поэтому в отгороженном куполом замкнутом кусочке искусственно созданный привычный мирок, с кондиционированным воздухом, зеленью, может быть, даже пением птиц.

Все, однако, под купол не упрячешь. Поблизости — аэродром, гараж для вездеходов, зеркала мощной гелиостанции, завод-автомат, добывающий из почвы воду и кислород. И здесь же поля — поля, где растут растения прямо под марсианским небом. Там они тоже полезны. Скупо светит здесь Солнце, и тепло бывает лишь в разгар дня. Поэтому обогревом дома заведуют тепловые аккумуляторы.

Это — легкоплавкие вещества, которые, становясь жидкими, вбирают в себя теплоту солнечных лучей. Застывая, они возвращают его обратно: Что же произойдет с Марсом дальше? Если приживутся растения либо удастся, получив воду, устроить водоемы, заселить их водорослями, — марсианская атмосфера насытится кислородом. Из азотно-углекислой она станет кислородно-азотной, почти что земной. Тогда — долой кислородные маски! Долой купола над домами марсианских поселенцев! Марс превратится в благоустроенную планету, на которой вполне можно будет жить.

То, о чем я говорил, относилось к космонавтам-ботаникам. Ботаники займутся переделкой природы соседнего мира, если, конечно, таким дерзким планам суждено осуществиться когда-нибудь. Но еще и до того, как за Им необходимо уточнить карты, сделать зримым невидимое — отметить, где и какие скрывают залежи и кора и глубины. Они должны проследить историю Марса от рождения до наших дней.

Может быть, их ждут и неожиданные находки — пусть не следы атлантов или аборигенов-марсиан. Есть ведь отличия в положении и свойствах у соседей, разделенных десятками миллионов километров. Какие-то отличия в их биографиях тоже можно ожидать. Отсюда — неизвестные нам минералы: Впрочем, не стоит пока давать мысли слишком большой простор.

И, не найдя ничего нового в недрах марсианских, новое мы все-таки найдем. Мы познакомимся как бы с упрощенной моделью Земли, Земли более гладкой, сухой, безоблачной и спокойной.

Иногда за деревьями не видно леса, он чересчур густ. Уйдет лишнее, и основа, главное станет яснее. Марс будет планетарной лабораторией ученых Земли. Однако это не. Для нужд хотя бы тех, кто обживает соседнюю планету, понадобятся не только кислород, пища, вода. Потребуется сырье — химическое, минеральное. Не везти же его по длиннейшему, в десятки миллионов километров, космическому пути! Это ведь не Луна, до которой в сравнении с Марсом — просто рукой подать. Марсианские поселки должны быть вполне самостоятельными филиалами Земли.

Об этом позаботятся не только биологи, но и разведчики недр. Чго найдут они — сказать сейчас трудно. Если там океаны, скрытые толщами льда, пробиться к тверди будет сложно. Не придется ли привозить туда установки для бурения не только пород, но и ледяной коры, да еще глубоководные аппараты?

Впрочем, вершины гор выступают местами наружу. Там тогда развернутся работы по освоению недр. Если же по-иному устроена планета, легче ареологи доберутся до нужных глубин. Лучи квантовых генераторов, пучки ультразвуковых и электромагнитных волн, направленные взрывы помогут им вскрыть самую верхнюю оболочку и проникнуть в кладовую глубин. На долю Марса, возможно, выпадет и другая роль, кроме геофизической лаборатории и наглядного пособия для геологов.

Рядом с ним в масштабах космоса, конечно — пояс астероидов, крошечных планеток. Тысячи и тысячи глыб роятся поблизости от его орбиты. И с марсианских ракетодромов полетят к ним межпланетные корабли.

Циолковский мечтал о том, чтобы космический стройматериал не пропадал даром. Из астероидного сырья можно добывать металл, из металла и стекла построить внеземные станции, жилища, которые станут путешествовать вокруг Солнца. Именно в таких жилищах, превращенных в межзвездные корабли, думал он, люди отправятся к другим звездам, когда начнет угасать наше собственное светило. Станюковичу пришла весьма оригинальная идея: Установить на нем двигатель, который станет перерабатывать массу этого крошечного небесного тела в энергию, создавая мощный электромагнитный луч.

Луч будет толкать астероид, уподобившийся ракете. Остатки непереработанной массы разовьют необходимую скорость и достигнут планетной системы иного солнца-звезды. Но и не заглядывая в столь туманную даль времен, мы, как небесные геологи, все же должны иметь в виду астероиды. Интереснейшие наблюдения проведут они на осколках, быть может, когда-то распавшейся большой планеты.

На Земле приходится бороться с властью тяготения, чтобы подняться ввысь. А на некоторых из астероидов пришлось бы, наоборот, остерегаться, чтобы неосторожный прыжок не унес в мировое пространство. Но это не будет неодолимым препятствием для космонавтов-геологов. Им ведь крайне важно близкое знакомство с этими небесными камнями.

О транспорте на астероидах заботиться не. Никакой вездеход не пройдет по сверхбездорожью маленькой планетки. Да и самые крошечные из них легко обойти пешком, предварительно обвязавшись тросом. Скажу, однако, что опасность не только в том, что можно сорваться и улететь навеки в бездну. Опасен путь в астероидные края и для самого корабля — он ведь должен войти в гущу несущихся с огромной скоростью обломков.

Может быть, удастся создать от них сверхмощную защиту? Или расстреливать их, испепелять каким-либо разящим лучом? Гигантские планеты — запрещенные для людей. Ядовитая аммиачно-водородно-метановая атмосфера, жуткий холод, чудовищное давление у поверхности, сила тяжести куда больше земной. Магнитное поле, намного сильнее земного, окружение из радиационных поясов, подобных земным.

Эти уникумы можно будет лишь наблюдать со спутников — вблизи. Для суждений о том, как они устроены, даже такая возможность чрезвычайно многое даст. Может быть, удастся и опустить через углеводородную атмосферную толщу автоматических наблюдателей на поверхность Юпитера и Сатурна, Урана и Нептуна?

Мы уже знакомы со многими проектами лунных танкеток, луномобилей и прочей транспортной техники для других миров. Позвольте представить вам еще одного ее представителя, абсолютно непохожего на.

О нем говорит кандидат наук С.